Италия «благодарила» за помощь Россию, помогая уничтожать русских. Но мы простили

Фото: MOD Russia/Globallookpress

Итальянский поход ВКС – чисто гуманитарное мероприятие, на которое Москва не возлагает никаких политических надежд: Россия всегда помогала Италии, и никогда это не было взаимно.

Автор:
Латышев Сергей

Царьград рассказал, как Россия с конца XVIII века помогала Италии – освобождала итальянцев от оккупантов, спасала от последствий страшного землетрясения, выручала итальянскую армию, находившуюся на грани разгрома, избавляя страну от краха. Настало время рассказать, а что Италия или составлявшие её ранее государства делали со своей стороны для России.

Речь идёт не о в высшей степени полезной деятельности в России талантливых итальянских музыкантов и архитекторов, администраторов и военных на русской службе, а об отношениях на межгосударственном уровне.

То, что вы сейчас узнаете или вспомните, известно не только историкам, но и принимающим решения российским политикам. И это полностью объясняет, почему Москва не ожидает никаких дивидендов от оказания помощи Италии в борьбе с коронавирусом, которую рассматривает как чисто гуманитарное предприятие, для чего на Апеннины уже прибыл 15-й военно-транспортный борт ВКС вместо обещанных девяти. Просто русские не поляки и не используют печальные события прошлого для оправдания собственной глупости, эгоизма и жлобства. Мы искренне хотим помочь попавшим в беду итальянцам, с которыми на личном уровне, как с народом, очень близки и похожи. И тем не менее…

Могли задушить в колыбели

Италия как единая страна появилась лишь в 1870 году. Однако вошедшие в её состав итальянские государства сталкивались с Российской империей и русскими задолго до этого.

Можно сказать, что как единый народ великороссы явились миру в 1380 году на кровавом Куликовом поле. В этой «колыбели» русских едва не задушили наёмники-генуэзцы – 3600  пехотинцев, вооружённых длинными четырёхметровыми копьями и мечами, а также 400 арбалетчиков. Облачённые в панцири, поножи, нагрудники, шлемы с забралами, они были практически неуязвимы для русских ратников, не имевших такого оружия и таких доспехов и даже не бывших зачастую военными профессионалами. Не важно, все ли эти наёмники были по рождению и крови генуэзцами, но их офицеры ими точно были.

Пущенная Мамаем вперёд, на центр построения русских, генуэзская тяжёловооружённая пехота – сами татары в пешем строю не воевали – разбила Сторожевой и Передовой полки и едва не решила исход битвы в свою пользу. Только благодаря военной хитрости князя Дмитрия его воинству с большим трудом и потерями удалось выиграть битву за Россию.

«Битва итальянцев»

Прошло совсем немного лет после того как в 1799 году два русских военных гения – фельдмаршал Суворов и адмирал Ушаков совместными усилиями освободили итальянцев от грабительской французской оккупации, изгнав захватчиков почти из всех итальянских земель. Однако, когда русские ушли, французы быстро вернулись. В результате, когда «Великая армия» императора Наполеона вторглась в Россию в 1812 году, чтобы превратить её в непонятно что, 10% в ней составляли итальянцы.

Это были вооружённые силы объединившего часть северных областей итальянского «сапога» Королевства Италия под командованием вице-короля Богарне. Плюс армия Неаполитанского королевства во главе с королём Мюратом. Итальянцы из Пьемонта и других регионов включались непосредственно в состав французских частей. В общей сложности их было свыше 60 тысяч. Итальянцы прошли с боями до Москвы, участвовали в ожесточённом Бородинском сражении, занятии Москвы, в авангарде Мюрата преследовали русскую армию, маневрировавшую вокруг сожжённой старой столицы.

Одно из самых знаменитых сражений той войны известно в Италии как La battaglia degli italiani – «Битва итальянцев». Как некоторые уже, наверное, догадались, речь идёт о сражении за Малоярославец, которое с «французской» стороны (вообще в «Великой армии» собственно французов была лишь половина, другая половина – остальная Европа) велось 4-м армейским корпусом вице-короля Богарне. В нём служили выходцы с итальянского севера – того самого, где сейчас свирепствует коронавирус.

Малоярославец имел большое стратегическое значение. Город в ходе боев восемь раз переходил из рук в руки, полностью выгорел от пожаров, был завален трупами и частями разорванных ядрами человеческих тел. И остался за итальянцами, пока Наполеон не приказал им отойти. Тысячи человек с обеих сторон сложили головы в этом жестоком сражении, стратегически выигранном русскими, заставившими Наполеона отступать по старой смоленской дороге. Однако победителями в нём формально считаются итальянцы, единицы из которых смогли вместе с остатками «Великой армии» вырваться из России и вернуться в родные края.

Крымский конец создателя берсальеров

В 1855 году Сардинское королевство, или просто Пьемонт, рассчитывая на помощь французов и британцев в объединении Италии, решило услужить им за счёт России, к которой у Турина не было никаких претензий, отправив 15-тысячный корпус для участия в Крымской войне. Неплохо снаряжённый сардинский корпус прибыл в Крым в начале июня 1855 года. В него вошли 1-я пехотная дивизия (2-я и 3-я бригады), 2-я пехотная дивизия (4-я и 5-я бригады), резервная 1-я пехотная бригада, один кавалерийский полк, шесть батарей с 36 орудиями. Разумеется, у него была вспомогательная роль, но русских сил, которые он на себя оттягивал, не хватало в других сражениях. В одном из первых боевых столкновений сардинцы столь стремительно покинули свои позиции, что русские не сообразили, что произошло, и упустили возможность их пленить. Впоследствии сардинцы воевали лучше, находясь в зоне ответственности англичан. Однако основные потери несли от болезней. Так, в частности, первый командир 2-й сардинской дивизии знаменитый генерал Ламармора, создатель берсальеров – элитных стрелков с бесподобным хвостом перьев на шляпах (теперь – касках), умер от холеры настолько быстро, что толком повоевать в Крыму не успел. 

Итальянцы – вместе с турками – принимали участие в неудачном для союзников штурме Севастополя в июне 1855 года, в августе того же года – в битве на реке Чёрной, где уже показали себя вполне достойно. Там особенно отличились их артиллерия и берсальеры, ударившие русским в тыл, чем оказали большую помощь французам. В том бою итальянцы потеряли около 250 человек, включая бригадного генерала графа Монтевеккьо.

Сардинское королевство ничего не получило от французов и англичан за участие в Крымской войне – тогда Турин обманули, однако через несколько лет оказанные в Крыму услуги своим «партнёрам» Пьемонту всё-таки пригодились. Единая Италия была создана в том числе и за счёт России, которая, впрочем, никогда не обижалась за это на неё – и не мстила – за ту войну.

В обозе у Гитлера 

Фашистский диктатор Муссолини объявил войну СССР 22 июня 1941 года, вслед за своим «другом Адольфом», чтобы претендовать на немалую долю при будущем дележе добычи. И настоял – немцы поначалу планировали обойтись без итальянцев – на отправке на Восточный фронт экспедиционного корпуса, который с июля 1942 года после увеличения численности стал называться ARMIR – «Итальянская армия в России». А если без патетики – 8-я итальянская армия.

После торжественных проводов в Вероне эшелоны с итальянскими военными и техникой потянулись – через Германию и захваченную ею Польшу – в Россию. Изначально экспедиционный корпус (три дивизии) состоял из примерно 62 тысяч человек. Немцы применяли его в 1941 году на южном участке фронта. Они наступали так быстро, что менее мобильные итальянцы их долго не могли догнать, но всё же смогли поучаствовать в ряде сражений, например, в захвате Сталино (Донецка). Самостоятельной роли они не играли, их всегда страховали немцы, понимавшие, что у итальянцев слабое вооружение и выучка, недостаточная для успешной борьбы даже с отступающей русской амией.

Тем не менее итальянцы делали, что могли: потери корпуса (убитые, раненые и пропавшие без вести) с июля 1941 года по июль 1942 года составили 15 тысяч человек. Численность итальянских войск продолжала расти: после появления на русском фронте семи новых дивизий, три из которых были элитными горнострелковыми – «альпини», корпус превратился в армию, состоящую из трёх корпусов, укреплённых батальонами фашистских добровольцев.

В ноябре 1942 года ARMIR насчитывал 235 тысяч человек – 12 дивизий и четыре бригады, но конец этой армии, занимавшей оборону на 250-километровом участке фронта по берегу Дона – в качестве «прокладки» между ненавидевшими друг друга венграми и румынами – был уже близок.

Когда в результате неожиданного для врага советского контрудара под Сталинградом оборона немцев и румын рухнула, быстро настала очередь и всех остальных. 11 декабря 1942 года на итальянские дивизии обрушился уничтожающий удар. 17 декабря на другом участке фронта – ещё один. А 13 января 1943 года Красная армия начала громить изначально не попавшие под раздачу альпийские дивизии итальянцев.

Отступление ARMIR быстро превратилось в паническое бегство, красочно описанное в мемуарах выживших и показанное в целом ряде талантливых кинолент, а армия – в толпу. Обмороженные, голодные, деморализованные, бросившие тяжёлое вооружение – все итальянцы не попали в плен только благодаря отступавшим вместе с ними немцам, у которых было намного больше порядка. В результате десятки тысяч итальянцев были убиты, втрое больше попали в плен, спастись удалось 45 тысячам, которых пришлось отправить в Италию, так как воевать в России они уже были психологически не способны. В Италии этот разгром произвёл ужасное впечатление и стал для правящих кругов одним из поводов к выходу в 1943 году из войны.

Объективности ради отметим, что вели себя итальянские военные на временно оккупированных советских территориях вполне достойно, и местное население за это относилось к ним хорошо. 

Война «чёрного князя» 

Между тем в России «отметились» во время войны и королевские итальянские ВМС. На Ладожском озере, по которому проходила «Дорога жизни», позволявшая хоть как-то снабжать  Ленинград и вывозить оттуда на Большую землю раненых и гражданское население, в 1942 году активно и весьма успешно действовала 12-я эскадра MAS. Это специализированное и высокопрофессиональное подразделение делало то, от чего под благовидными предлогами уклонялись финны, имевшие на озере всего один боевой корабль, в то время как советская флотилия состояла из более чем трёх десятков боевых судов. Им бросили вызов доставленные на Ладогу через всю Европу четыре быстроходных итальянских торпедных катера, экипажи и обслуживающий персонал которых состояли из почти 100 человек. Они совершили 37 боевых операций: сами неся потери, топили советские военные корабли и баржи, громили конвои, помогали наземным операциям финских и немецких войск.

В это время в практически окружённом городе находилось свыше двух миллионов жителей, в том числе около полумиллиона детей. Лишь низкая эффективность торпед в условиях озёрного мелководья стала причиной того, что итальянцев в 1943 году отозвали на родину.

Ещё более активно итальянские военные моряки действовали в 1942 году на Чёрном море. Там у возглавлявшего Десятую флотилию MAS «чёрного князя» Боргезе было пятнадцать торпедных катеров, шесть сверхмалых подводных лодок, одна из которых отправила на дно сразу две советские. Все они серьёзно мешали снабжению Крыма и оказывали другую помощь своим союзникам.

Кстати, согласно одной из версий, подрыв на рейде Севастополя в 1955 году линкора «Новороссийск» (трофейный итальянский ЛК «Джулио Чезаре»), приведший к гибели 829 советских военных моряков, осуществили итальянские подводные диверсанты – воспитанники «чёрного князя». Один из них перед смертью признался в этом, если, конечно не соврал, потому что имеются и другие версии.

Таковы основные вехи итальянско-российских отношений на межгосударственном уровне. Для поляков это был бы повод повернуться к итальянцам спиной и порадоваться их несчастьям, но не для русских.

поддерживаю 50%

не поддерживаю 50%

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *