Политтехнологический трюк: Детей сделали заложниками в Конституции?

Фото: АГН "Москва"

Эксперты объяснили, почему поправка в Конституцию о семье и детях не распахнёт двери для ювенальной юстиции, а, наоборот, станет заслоном на её пути.

Автор:
Степанов Александр

Процесс внесения поправок в Конституцию России, инициированных президентом Владимиром Путиным, выходит, по сути, на финишную прямую: Госдума в среду, 11 марта, в третьем, окончательном, чтении поддержала предстоящие коррективы Основного закона страны.

383 депутата высказались за, 43 — воздержались, а тех, кто против, не оказалось совсем.

Далее — рассмотрение соответствующего законопроекта в Совете Федерации и общероссийское голосование.

Почему первый вариант поправки назвали «политтехнологическим трюком»

Между тем бурное обсуждение ряда запланированных изменений продолжается. Одним из таких пунктов стало положение о детях, которых Путин предложил сделать «важнейшим достоянием России».

Прежде всего сама эта формулировка вызвала споры — на рабочей группе по изменениям в Конституцию её признали «не самой удачной», посчитав, что она вносит двусмысленность в это определение.

Вроде как дети таким образом получали статус «собственности государства», и оно, государство, получает возможность «распоряжаться» ими по своему усмотрению.

Хотя если рассматривать текст статьи 67.1 (п. 4) целиком, звучание получалось иное:

Дети являются важнейшим достоянием Российской Федерации. Государство создаёт условия, способствующие всестороннему духовному, нравственному, интеллектуальному и физическому развитию детей, воспитанию в них патриотизма, гражданственности и уважения к старшим. Государство, обеспечивая приоритет семейного воспитания, берёт на себя обязанности родителей в отношении детей, оставшихся без попечения.

Но часть экспертов, в том числе из тех, кого сложно упрекнуть в нежелании развивать институт семьи и детства в правильном его понимании, посчитали, что этот пункт — с изрядной подковыркой. Некоторые даже назвали его политтехнологическим трюком, поскольку утверждение такой формулировки развяжет руки сторонникам ювенальной юстиции, по примеру западных стран позволив так называемым соцслужбам входить в семьи и отбирать детей на основании решений государственных же структур.

Поэтому первоначальный текст поправки участники рабочей группы приняли решение изменить, сойдясь во мнении, что Основной закон страны не должен вызывать
«непонятные сравнения и конспирологические умозаключения».

Сначала возникла идея назвать в Конституции детей «важнейшей ценностью государства», однако и это предложение не было принято.

Итоговый же текст пункта 4 статьи 67.1 обновлённой Конституции звучит следующим образом:
«Семья и дети являются важнейшим приоритетом государственной политики России. Государство создаёт условия, способствующие всестороннему духовному, нравственному, интеллектуальному и физическому развитию детей, воспитанию в них патриотизма, гражданственности и уважения к старшим. Государство, обеспечивая приоритет семейного воспитания, берёт на себя обязанности родителей в отношении детей, оставшихся без попечения».

Люди настрадались от борьбы с ювенальной юстицией и её мракобесием

Царьград, изначально выступавший за отражение в Основном законе страны семейных ценностей, попросил прокомментировать эту поправку тех, кто занимался в составе рабочей группы её корректированием до окончательной редакции.

«Да, изначально был шквал негатива к формулировке в первом варианте — о том, что дети являются достоянием государства, — признаёт депутат Дмитрий Ионин. — Потому что эта формулировка действительно открывала путь для ювенальной юстиции по европейскому образцу: когда в принципе семья не может влиять на ребёнка, а ребёнок подчинён государству, и оно само решает, жить ему в этой семье, в другой семье или в детском доме и так далее».

Поэтому, объясняет он, и было принципиальным добиться её изменения, прописав, что дети являются не только важнейшим приоритетом государственной политики, но их нельзя отрывать от семьи, и именно институт семьи должен быть в приоритете и он должен быть указан в Основном законе.

Проблемы в работе так называемых органов опеки и в целом попытки отправить детей в приюты без оснований — и в самом деле сегодня в России не редкость, согласен учредитель телеканала «Царьград», заместитель главы Всемирного Русского Народного Собора Константин Малофеев, называющий происходящее ёмким определением «сиротпром» — мафиозным бизнесом, на котором нагревают руки многочисленные заинтересанты такой политики.

«Детей, — напоминает Малофеев, — фактически насильно забирают из семей, где временно, в силу каких-то непростых внешних обстоятельств появились трудности. Просто приходит опека, составляет акт о том, что, допустим, в холодильнике недостаточно каких-то важных, на их взгляд, продуктов, и ребёнка отправляют в детский дом».

«Да, получается, если дети государственные, значит, государство может что угодно делать, изымать в том числе, — подтверждает депутат ГД Светлана Максимова. — И ведь из-за какой-то ерунды изымают! Мы же считаем, что очень важно, чтобы понимали, что в первую очередь дети в семье, а не в государстве».

«Поэтому странной представлялась попытка отделить детей от семьи, — полагает, в свою очередь, депутат Ионин. — Если не через ювеналку, то через формулировки в базовом законе. Это как продолжение той истории вокруг так называемого «закона Пушкиной», когда под благовидным предлогом борьбы с домашним насилием пытались эту ювеналку внедрить у нас. Тогда это не удалось сделать, мы её отбили».
При этом он уверен, что окончательная редакция статьи 67.1 не позволит государству оказывать определяющее влияние на семьи и на детей.

Мы указываем, что семья и дети являются важнейшим приоритетом государственной политики, но не его достоянием или собственностью, как предлагалось изначально, — конкретизирует парламентарий. — То есть что государство обязано в первую очередь помогать семье и детям. И это правильно. Потому что глупо разрывать это участие: без помощи семье как того института, в котором эти дети растут, бессмысленна какая-то адресная помощь им. Но помогать через семью — в этом и есть суть, смысл этой поправки, которую мы сейчас с коллегами пытаемся пробить.

Член Общественной палаты России Павел Пожигайло уверен, что люди действительно уже настрадались от борьбы с ювенальной юстицией и со всем мракобесием, и утверждение в качестве приоритета именно семьи и детей станет главным аргументом для всего народа.

«У нас государство и так влияет на все сферы жизнедеятельности, — отмечает депутат Госдумы Андрей Козенко. — И сейчас мы просто определяем чёткие приоритеты государства, на что оно должно обратить внимание. И да, это связано с поддержкой семейных ценностей».

Его коллега по Госдуме Елена Драпеко — актриса, сыгравшая во многих замечательных фильмах («А зори здесь тихие», «Вечный зов», «Безотцовщина», «Полынь — трава горькая», «Одиноким предоставляется общежитие» и др.), уверена, что государство обязано сохранять вопросы именно семейного воспитания.

«То есть учить добру и злу, сохранению традиций и так далее», — говорит Драпеко.

Напомним, что с предложением внести ряд поправок в Конституцию России президент Владимир Путин выступил в своём послании Федеральному собранию 15 января нынешнего года.

В состав рабочей группы, готовившей конкретные предложения по изменениям Основного закона страны, вошли 75 человек — общественных деятелей, политиков, представителей разных групп населения.

Общероссийское голосование по поправкам в Конституцию состоится 22 апреля.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *